Учреждение, подведомственное Департаменту культуры города Москвы
 
 
Ru Eng
     
ВЕРСИЯ ДЛЯ СЛАБОВИДЯЩИХ
Карта сайта

30 августа в 14:00 в Концертном зале состоится собрание трудового коллектива МГИМ им. А.Г. Шнитке, посвящённое началу учебного года




Главная / ПРЕСС-ЦЕНТР /
 
ПРЕСС-ЦЕНТР

ИНТЕРВЬЮ

с профессором Высшей школы музыки Katarina Gurska (Мадрид) 

 Андреем Ярошинским

 

«… чем больше играю, тем больше загадок для меня остается»

 

-Здравствуйте, скажите, пожалуйста, какие у Вас впечатления остались от сегодняшнего мастер-класса?

-Остались очень хорошие впечатления. Все ребята очень разные и каждый из них обладает индивидуальностью. Интересно каждый раз находить какие-то определенные ключи, какие-то особенности в специфике каждого студента, чтобы понять, как именно с ним разговаривать, как именно помочь ему раскрыться. Я считаю, что не нужно навязывать свою точку зрения, то есть показать ему скорее путь.

-А в своих мастер-классах Вы используете методы обучения Веры Васильевны Горностаевой, как её ученик и продолжатель линии Нейгауза?

-Вы знаете, уверен, что этого избежать не смогу никогда. Это было огромным счастьем в моей жизни, учиться у такого изумительного педагога. И конечно, это не могло не наложить отпечаток. Во многом, это меня сформировало, как и всех её студентов, хотя, мы все разные, и это тоже заслуга Веры Васильевны, потому что мы индивидуально каждый, были ею воспитаны. Мне важно отношение к звуку, отношение ко времени, к музыке, ни в коем случае не как к какой-то трудовой деятельности, связанной с часами, проведёнными за роялем. Это образ жизни, образ мышления и невероятное переплетение живописи, культуры, поэзии и литературы с культурой музыкальной. Нельзя никогда сказать, что уже все знаю, но чем больше играю, тем больше загадок для меня остается. Поэтому я, конечно, только начинаю свой путь.

- То есть Вы на своих мастер-классах и у учеников чему-то учитесь?

-Конечно, всегда это делаю. Знаете, мы учимся всю жизнь. Сначала мы учимся у тех, кто рядом с нами, берем пример со своих родителей или с педагогов в детской музыкальной школе, потом мы учимся у педагогов в консерватории, мы учимся у великих музыкантов, слушая их записи, потом мы учимся у замечательных дирижеров отношению к музыке. Это постоянное развитие, учеба.

- Расскажите, пожалуйста, какое самое важное наследие оставила вам Вера Васильевна, какой самый значимый опыт Вы вынесли с ее уроков?

- Вы знаете, это и не выразить одним словом. Это отношение к инструменту, отношение к себе, это целый мир, совершенно особый взгляд на него, я в нем живу.

- Вы сейчас преподаете в Высшей школе в Мадриде и учились в Московской консерватории, расскажите, есть какие-то отличия между нашей школой и школой в Испании?

- Конечно, есть различия и очень серьезные. Но талантливые люди есть и здесь, и там, безусловно. Такие отличия сформированы разной системой детского начального образования. Потому что есть, удивительные примеры, к которым можно отнести ЦМШ, а в Испании, допустим, их нет. И соответственно, там дети лет до 12-13, параллельно учатся в обыкновенной школе и в музыкальной. Только в 15 лет принимают решение серьезно заниматься музыкой. Сказать, что это очень поздно, это ничего не сказать, время ушло безвозвратно, поэтому там очень большой контраст. Детям, которые очень талантливы, должно повезти с педагогами и родителями, с детства водивших их к большим музыкантам. Они тогда к тем же 15-16 годам набирают уже себе совершенно другой репертуар и возможности, становясь, на пять голов выше тех, кто внезапно решил: «а пойду-ка я займусь музыкой». Но это в целом, а в частности, много талантливых людей, проявляющих колоссальный интерес к русской музыке, считая ее для себя очень близкой.

- Вы такой яркий пианист, но не все музыканты, хотят заниматься педагогической деятельностью, а как Вы к этому пришли? На вас повлияла Вера Васильевна?

-Спасибо Вам за доброе слово. Я не вижу для себя в этом никакого конфликта, никаких взаимоисключающих понятий, пока что. Известная фраза, которую говорит Нейгауз, что в нем педагог убил пианиста и так далее, мы все это знаем. Мне сложно совмещать эти разные способы мышления, особенно, когда ты целый день занимаешься со студентами, а потом приходишь домой и пытаешься сыграть прелюдию Скрябина и понимаешь, что то, что у тебя получалось вчера уже не получается совсем. Это смешно и проходит уже через 15 минут, но это есть. Безусловно, это разные способы мышления, они немного мешают, а с другой стороны, в педагогике есть очень много интересного лично для меня. Очень хочу, чтобы у людей, которые приходят на мастер-классы, студентов, с которыми  занимаюсь, горели глаза, и они по-другому относились к музыке и к жизни. И наконец, то, что мы чувствуем, когда играем на рояле, пытаясь сказать об этом, мы вынуждены облекать это в другую форму, более осознанную, более ясную. Пока что мне это наоборот помогает, но потом посмотрим, что будет дальше.

- На Ваш взгляд, какие тенденции наблюдаются у русской школы пианизма в дальнейшем. Как будет развиваться, какие есть перспективы?

- По этому поводу у меня есть достаточно объёмная статья в журнале «Piano Форум». Могу сказать, что в современном мире нет полной ясности к какой школе принадлежит человек. Часто происходит обмен музыкальным опытом с другими музыкантами. Но с точки зрения ментальности, связанной с культурой, с языком и со школой пианизма мы принадлежим к русской школе. Она настолько разнообразна и богата, что это большая гордость и честь принадлежать к ней, но это вовсе не индульгенция, поэтому если говорить, что принадлежу к русской школе, это не значит, что я могу делать, что хочу. Мы во многом лидируем, но, мне кажется, что уже сейчас нельзя настолько ясно очерчивать границы. Это совершенно другое отношение к музыке, к музыкальному материалу. При всех возможностях, при всем разнообразии пианистических школ, техническая сторона дела не должна быть самоцелью.

- Какими качествами должен обладать пианист? Потому что зачастую, приходя на концерт, ты слышишь виртуозного пианиста, он играет, старается, но музыки все равно нет. Где же та грань между музыкальностью и техникой?

- Многие играют очень быстро, очень громко и совершенно непонятно зачем. На самом деле, это индустрия, очень нехорошее слово, не имеющее никакого отношения к Баху, Шопену, Бетховену, но это очень серьезно и, конечно, нужно, чтобы люди приходили, покупали билеты на концерт. Эти законы работают очень здорово. В то же время, существуют музыканты вроде Григория Соколова, Михаила Плетнева, которые не берут эти законы в расчёт. Но у них забиты залы по всему миру, значит все-таки шанс у нас пока остается, что вот такие слушатели еще будут. Поэтому, считаю, что нет этой грани между виртуозностью и музыкой. В идеале это все должно быть взаимосвязано, подчинено музыкальной стороне дела. Все это для музыки, а не музыка для этого, правда же?

- А есть для Вас пианисты, чье творчество, чье исполнение нравится, является эталоном?

- Эталонов у меня нет и, наверное, не будет. Я восхищаюсь какими-то вещами, которые делает Михаил Плетнев, с колоссальным уважением отношусь к творчеству Григория Соколова, мы как раз о них сейчас говорили. Но мне кажется это очень вредно за кем-то одним идти. Какое-то время, это может помочь, а в дальнейшем, исходя из психологии, итого становится то, что мы просто всю жизнь пытаемся отражать кого-то другого, совершенно забывая о том, кто мы есть.

- Вы много работаете с молодыми пианистами и можете ли Вы назвать какое-то имя, у кого есть наибольший шанс добиться творческого успеха?

-Прогнозы это дело неблагодарное и бессмысленное. Но все, что мы можем сделать со своей стороны это помочь им и поддержать их. Это сложный путь музыканта. Сложный вопрос.

- На каких роялях Вы любите играть?

- Я официальный артист компании Steinway & Sons, поэтому я уже ответил на ваш вопрос.

- Какие у Вас творческие планы на этот год, расскажите немного о них. С кем собираетесь выступать?

- Планы есть. Сейчас мне предстоит играть в Белгородской филармонии большой сольный концерт, вчера ездил, выступал в Еврейском культурном центре, на радио Орфей, где работают прекрасные музыканты, они меня всячески поддерживают, я с ними очень дружу. После Белгорода полечу обратно в Мадрид, у меня много занятий со студентами и нужно готовиться к концертам в Братиславской филармонии, где буду играть все этюды -картины Рахманинова, все прелюдии Скрябина. Затем мне нужно заниматься записями прелюдий Шопена и Скрябина на диск.

-Вы много концертируете, есть ли разница между нашей публикой и западной?

- Нельзя сказать, что есть колоссальная разница. Когда Вы с публикой настроили контакт, она уже ваша. Другое дело, что контакт с нашей публикой найти проще, потому что они немного ближе нам всем, мы лучше друг друга понимаем.

-То есть для Вас, как для музыканта важна реакция публики?

- Не столько реакция зала, сколько вовлеченность зала в то, что я делаю. Если играю сам для себя, а они слушают для себя, значит что-то у нас не получилось, что-то нужно менять.

- Остались ли у Вас какие-то произведения, которые Вы еще не сыграли, но очень хотели?

- Боюсь, что до конца своей жизни не сыграю все то, что хотел бы.

- Расскажите тогда про свой идеальный концерт?

- Не было еще такого.

- С кем бы Вы хотели сыграть и что? Концерт не обязательно состоявшийся.

- На самом деле, идеального концерта не существует и людей идеальных не бывает. Я Вам скажу, что это тот концерт, который я провожу в окружении своих ближайших друзей. Вот когда мы, например, ездили в Испанию и проводили мастер-классы. С этими друзьями мы играли вместе концерт, они все музыканты колоссальнейшего уровня. Было много замечательных людей, музыкантов и не только пианистов, когда мы все вместе – нам все по плечу, абсолютно. Я не стремлюсь к идеальному концерту, с точки зрения пианизма. Надо стремиться к совершенно другим целям, музыкантским, это идеальность которой не существует. Она придет сама по себе, это побочный продукт, самое главное, чтобы удалось то, что хочется сказать, чтобы это все было сделано на высшем уровне. Когда есть ощущение, что публика с тобой, когда ты чувствуешь, что вы взаимодействуете, когда на сцене ты взаимодействуешь с близкими тебе людьми и чувствуешь огромное счастье, наверно в этом смысле концерт идеален.

- Спасибо Вам за интервью. Желаем Вам дальнейших творческих успехов!

 

 

Студентки МГИМ имени А.Г. Шнитке

Ирина Паранина, Юлия Якименко


Афиша


 

Последние новости
23-августа-2019
Уважаемые студенты! 2 сентября в 10-00 в концертном зале МГИМ им. А.Г. Шнитке состоится общее собрание студентов 1 курса (СПО и ВО), посвященное началу учебного года. При себе необходимо иметь паспорт и медицинскую справку 086-у.
23-августа-2019
Список кандидатов в общежитие МГИМ им. А.Г. Шнитке
20-августа-2019
Информация о заселении в общежитие студентов 1 курса
19-августа-2019
30 августа в 14:00 в Концертном зале состоится собрание трудового коллектива МГИМ им. А.Г. Шнитке, посвящённое началу учебного года
16-августа-2019
Поздравляем! Студенты МГИМ имени А.Г. Шнитке стали участниками Фестиваля "Таврида - АРТ".

 


 


© 2019, Московский государственный институт музыки имени А.Г. Шнитке.

Все права защищены.
123060, г. Москва, ул. Маршала Соколовского, д. 10
схема проезда

(499) 194-04-33 (499) 194-83-89 (факс)
info@schnittke-mgim.ru

создание сайта 

 


Любые материалы сайта могут быть использованы и опубликованы на другом сайте без предварительного согласования, при полном или частичном использовании материалов ссылка на источник www.schnittke-mgim.ru обязательна. Оффлайновые издания могут использовать материалы сайта только после письменного согласования с руководством института.